Надо обращаться к опыту специалистов, надо слушать и слышать Армию  
13 марта 2010 г. в 08:00

О том, как реформа армии оценивается официально, мы знаем только со слов Начальника Генштаба Н.Е.Макарова. Эта скупая информация касается в основном только нескольких вопросов, из которых только один имеет реальное подтверждение, это то, что части постоянной боевой готовности сформированы. Вся остальная официальная информация имеет предположительный и гипотетический характер. Например: что офицерам будут платить больше; что квартиры у всех будут; что создана новая структура профессионального военного образования; что новое поколение сержантов уже обучается в Рязани; что в войска пошла новая боевая техника… При всем своем скепсисе будем считать, что все это так и будет, и это и есть определенные достижения реформаторов.

Объективные успехи нашего руководства стратегического характера мы видим в том, что ему удалось главное - разрушить оковы «тотальной мобилизации»; более или менее разобраться в том, что есть и чего нет в сфере обороны страны; запустить (правда, сегодня просто хилые) механизмы насыщения войск новой боевой техникой; а также завершить «расчистку поля реформ от остатков советской военной машины». Вот, пожалуй, и все. Важным является и то, что оно, видимо, понимает всю глубину и масштабы необходимых преобразований и решений, и теперь оно озабочено тем, что надо двигаться вперед, но при этом толком не знает, что и как делать дальше.

Стало очевидным, что инстинктивные попытки политического и военного руководства управлять развитием государства и армии, основываясь почти только на своих собственных представлениях (заимствованных чужих теориях и эклектических подходах) о существе процессов национального государственного строительства в условиях войны, а это именно так, могут привести только к очередным «судорогам управления» и очередным ошибкам, затрудняющим позитивное развитие страны.

Правоту сказанного мы сегодня ежедневно наблюдаем на примере тягот нашей военной реформы, в которой все самые честные усилия нашего руководства, осуществляемые даже в правильном направлении, приводят не к росту национального военного могущества, а пока что к обратным стратегическим эффектам.

Я считаю, что наши сегодняшние трудности не в ошибках замысла реформы, а в том, что ее исполняют люди, плохо понимающие дело и не умеющие профессионально правильно работать их непосредственные исполнители. Мы уверены, что это именно так не потому, что они хотят специально навредить армии или России, а потому, что по-другому не умеют, учиться и изменяться не способны, но при этом абсолютно безответственны и экономически обеспечены.

Отсюда наш самый главный русский вопрос «что делать?». Главными делами государства и нашего военного руководства сегодня могут быть следующие первоначальные шаги.

Первое. Надо оценить все уже сделанное в направлении военной реформы силами независимой профессиональной экспертизы и просто вычистить негодных ее военных и невоенных исполнителей и руководителей, и это личная обязанность нашего Верховного главнокомандующего. Правда, и здесь есть опасность того, что опять из войск и штабов уйдут последние профессионалы и лучшие, а руководящие посты останутся за «лояльными» и все опять вернется на круги сегодняшних «картинок с выставки».

Второе. Необходимо перестать замалчивать проблемы реформы и гласно обсуждать их. Мы убеждены, что только прямое обращение руководителей страны и Армии к нации по проблемам реформы и признание ее трудностей, принятие гласных решений по конкретным направлениям военного строительства, понимание нации существа дела, вера офицерского корпуса в необходимость и правильное направление реформы и творчество самих войск позволят ее успешно провести.

Третье. Необходим явный и ясный успех реформы на любом ее направлении как зерно роста уверенности нации и войск в ее успешном ходе и прекрасных конечных результатах. На этом успехе должны быть сосредоточены интеллектуальные, экономические, организационные и информационные национальные ресурсы. Такие зерна роста надо в первую очередь создать на одном (нескольких) военном городке (гарнизонах), а не одной только воинской части, в одном или каждом военном округе; на одном (нескольких) высшем военно-учебном заведении; на одном (нескольких) полигоне; на нескольких образцах боевой техники и оружия, и так далее.

Четвертое. Необходимо создание независимого и хорошо обеспеченного национального военного экспертного сообщества. Создание системы периодических изданий этого экспертного сообщества России как трибуны профессиональных идей, мнений и структуры профессиональных дискуссий. Разработка этим сообществом Общих основ теории войны как базового предмета нового государственного и военного образования, всех направлений и уровней подготовки руководящих государственных и военных кадров России, так как нынешняя так называемая «военная наука» бессмысленна.

Пятое. Нам представляется очевидным, что сегодня необходимо учить наше высшее политическое и военное руководство тому, что и как нужно делать, и делать это должно наше военное экспертное общество.

Шестое. Главное внимание должно быть уделено профессиональной подготовке, моральному самочувствию и социальной сфере офицерского корпуса России. Это предполагает необходимость: создания качественного нового профессионального военного образования, в котором главными будут совершенно новые и другие, чем сегодня, учебные программы и предметы обучения, будет реализовываться новая модель непрерывного профессионального военного образования и новая модель оценки его качества; реализации новых подходов к системе прохождения службы офицерским составом и его другому общественному статусу, что кроме кратного увеличения денежного содержания и военных пенсий должно подразумевать наличие серьезных социальных льгот в сферах образования, здравоохранения, финансово-кредитной сфере и сфере коммуникаций.

Мы можем заранее предупредить Министерство обороны, что любые попытки создать эти системы исключительно своими силами внутри самого военного ведомства заранее обречены на провал, так как в его недрах нет ни готовых для этого специалистов, ни даже необходимого набора самих идей, как нет и их исполнителей. Надо обращаться к опыту специалистов, экспертов и военных профессионалов, имеющих системную подготовку советской военной школы и современной теоретической и практической деятельности, и надо слушать и слышать Армию.

Читать далее

Общее мнение общества и армии: военная реформа идет не туда  
8 марта 2010 г. в 08:30

Должен констатировать, что российская общественность и даже национальное военное экспертное сообщество до сих пор не имеет четкого представления об общем замысле, масштабах и глубине проводимой реформы, притом что остаются неизвестными и ее «анонимные отцы». Общество питается отрывочной информацией «с мест погромов», редкими и смутными высказываниями начальника Генерального штаба при полном и специальном молчании министра обороны, а также слухами о том, что будет.

Самый часто употребляемый термин в любой официальной информации о военной реформе - это термин «новый облик вооруженных сил», который является главной целью реформ и который все больше является не понятием, наполненным реальным и понятным содержанием и смыслом, а воспринимается скорее как некое «заклинание». Тем не менее при профессиональном анализе этот «новый облик» является вообще понятием «смутным». Коснемся только некоторых его аспектов.

Вопросы мобилизации. В «новом облике», например, практически никак не прописана мобилизационная составляющая Вооруженных сил. Это значит, что армия должна начать и победоносно закончить войну силами частей (бригадами) постоянной боевой готовности мирного времени, для чего они, собственно, так упорно и создаются и что по определению невозможно даже в теории.

В то же время в новой и только что подписанной Военной доктрине уже говорится о второй, мобилизационной компоненте Вооруженных сил. Во всем этом есть полная несогласованность, так как мобилизационная компонента, в ее сегодняшнем понимании, может состоять только из содержащихся в мирное время всякого рода кадрированных (сокращенных) частей и баз хранения боевой техники, разворачивающихся до боевого состава, например, в «угрожаемый период» и победно завершающих войну. Парадокс такого решения состоит в том, что именно практическое уничтожение этих частей сокращенного состава и составляет существо идущей военной реформы. Кроме того, даже понимая всю абсурдность ситуации, наши Генеральный штаб и Министерство обороны не меняют систему резервирования Вооруженных сил.

Они не вводят понятие «Организованный резерв видов вооруженных сил» как резервный компонент и составную часть ВС РФ, не меняют ни к чему не обязывающую и юридически бессмысленную систему - «состояния военнослужащих в запасе» на юридически обязывающую - «службу военнослужащих в запасе», то есть не делают очевидных и необходимых профессиональных шагов, которые только и способны правильно и эффективно решить вопрос о действительно «новом облике вооруженных сил» и решить задачу создания усиления группировок войск военного времени.

Вопросы подготовки младших командиров. Усиленная и многолетняя подготовка будущих сержантов-контрактников при Рязанской дивизии ВДВ, конечно, дело не плохое. Но по большому счету, если подготовка нового сержанта-контрактника закончится только этим, то толку не будет никакого, так как для того, чтобы сержанта закрепить в войсках как самостоятельную и важнейшую категорию военнослужащих, необходимо создать для них их собственную служебную вертикаль (как, например, в армии США), в рамках которой эти новые сержанты могут делать свою служебную карьеру и решать все вопросы социального характера, что и должно стать основой их служебной мотивации.

В этом плане самым возмутительным обстоятельством является полное и преднамеренно демонстрируемое пренебрежение Минобороны к мнению военных экспертов, общественному мнению и публикациям в СМИ, а также полное молчание нашей высшей политической государственной власти, которая непонятно почему специально замалчивает всю остроту этого абсолютно судьбоносного для нашего государства вопроса.

В целом подавляющее общее мнение российского общества и самой армии заключается в том, что военная реформа в России идет не туда куда надо, ее ведут не те люди, которые необходимы, реформа идет плохо и кончится для России также плохо. Наверное, в сегодняшних условиях другого вывода и нельзя было ожидать.

Читать далее

Общий фон начала реформы ВС России был абсолютно катастрофический  
1 марта 2010 г. в 08:30

Мне представляется, что российской общественности очень важно знать и понять предысторию военной реформы. Надо признаться самим себе, что к моменту начала военной реформы, то есть к 2008 году, Вооруженные силы России практически были недееспособной, небоеспособной и практически неуправляемой военной организацией, реального состояния которой никто не знал.

Абсолютное число военных организмов составляли абсолютно не боеготовые части, наши арсеналы были забиты старой техникой и боеприпасами, которые никогда не могли бы быть использованы, основная масса офицерского корпуса была сосредоточена не в строевых частях, и общая парадигма «тотальной мобилизации» военного строительства была ориентирована на то, чтобы и в новой войне пытаться своим старым количеством победить новое качество противника. Наши вооруженные силы были просто плохо вооружены, а их личный состав не только не занимался боевой подготовкой, но просто профессионально деградировал, притом что это касалось как солдат и сержантов, так и офицеров, и генералов.

Отечественная промышленность была не в состоянии производить боевую технику даже старых образцов. Так как «откат» чиновникам при размещении госзаказа составлял 50% сумм выделяемых для ее производства, то ВПК России практически прекратил бороться даже за гособоронзаказ. Наше отставание от США и НАТО в военной сфере стало катастрофическим и почти необратимым.

Все военные министры обороны России, работавшие в этой должности до А.Э.Сердюкова, практически были не в состоянии предпринимать эффективные шаги для устранения такого положения и, увязнув в политических и корпоративных «разборках», даже не предпринимали таких попыток.

Мы практически не могли вести войну никакого уровня, что только подтвердила война с Грузией.

Необходимость военной реформы стала очевидной всем, как и то, что она должна носить радикальный и всеобъемлющий характер, и оттягивать ее проведение далее стало невозможно.

К этому времени оказалось, что никаких планов реформирования военной сферы в государстве не было, а персональный состав руководящих военных кадров был настолько недееспособен и не представлял себе, что и как надо делать, что поручать ему проведение радикальной военной реформы было нельзя, так как к этому времени вооруженные силы как система сгнили с головы и изнутри.

Таков был общий фон начала реформы Вооруженных сил России, и он, как видим, был абсолютно катастрофический. Поэтому политическое руководство страны выбрало вариант гражданского министра и гражданского министерства обороны России, что, на наш взгляд, было абсолютно правильным. При этом основной моделью для подражания сразу была выбрана модель Вооруженных сил США.

Именно поэтому министром обороны был назначен абсолютно гражданский человек - А.Э.Сердюков, получивший на проведение реформы полный карт-бланш от высшего политического руководства государства, а начальником Генерального штаба РФ был назначен Н.Е.Макаров, который сразу и навсегда стал разделять все взгляды своего министра.

Читать далее

Основные направления реформы ВС РФ вызывают много тревожных вопросов  
24 февраля 2010 г. в 08:30
Известный и уважаемый военный историк Мартин Ван Кревельд в своих новейших теоретических построениях обозначил базовые типы вооруженных сил (армий) и предложил классификацию армий по степени технологического совершенства применяемых ими средств ведения боевых действий и применяемым способам вооруженной борьбы - это армии «ракет», армии «танков» и армии «ножей».

Говоря о новой классификации армий, М.Кревельд констатирует: «Ракеты все шире распространяются по миру, танки исчезают… при помощи чего же вести войну, что остается?.. Остаются ножи. Мы говорим о ножах, когда речь идет о различного рода оружии, использующемся различного рода инсургентами: от партизан до террористов в ведении ими боевых действий. Ракеты привели к исчезновению танков, и единственным средством борьбы остался нож. Из 130 вооруженных конфликтов - конечно, можно по-разному интерпретировать термин «военный конфликт» - в 90% случаев использовались не ракеты и не танки, а ножи».

Переводя эти определения с языка историка на современную данность, мы можем отнести:

• к «ракетам» - вооруженные силы США (частично основных государств НАТО);

• к «танкам» - вооруженные силы России и Китая (а также Сирии, Египта и т. д.);


• к «ножам» - вооруженные формирования любых террористов, партизан и вообще всей герильи, включая афганский «Талибан», «Аль-Каиду», вооруженные формирования Ирака, Палестины и так далее.

Именно война США против армии Ирака за освобождение Кувейта на территории Кувейта и война США против государства Ирак и его руководства на территории самого Ирака «за демократию», наиболее полно иллюстрируют этот «парадокс силы», то есть силы «ракет» против «танков» и бессилия «ракет» и «танков» против «ножей». Примеры войн США во Вьетнаме, Ираке, Афганистане и так далее есть ярчайше тому подтверждение.

В целом это значит следующее.

Армия США-Запада-НАТО («армия ракет»
- будет стараться вести войну бесконтактным способом и уничтожать противника ударами высокоточного оружия, не входя в непосредственное соприкосновение с ним.

Армия Китая («армия танков»
- будет вести войну в парадигме наступательных операций типа общевойсковых операций конца Второй мировой войны.

Армии Ислама еще нет, но вооруженные формирования адептов радикального политического ислама действуют и будут действовать в парадигме «армии ножей».

Надо сказать, что все эти типы армий уже сегодня являются стратегической данностью и реально находятся по всему периметру государственной границы России, а базовые схемы их боевых действий являются также отработанными.

Такой расклад сил хорошо осознается нашим Генеральным штабом. В конце сентября сего года начальник Главного штаба Сухопутных войск РФ генерал-лейтенант Сергей Скоков заявил: «Методы ведения операций и боевых действий вероятного противника на различных театрах военных действий - западном, восточном и южном - принципиально различаются. На западном стратегическом направлении российским войскам могут противодействовать инновационные армии с бесконтактными формами и способами применения новейших сил и средств. Если мы говорим о востоке, то это может быть многомиллионная армия с традиционными подходами к ведению боевых действий: прямолинейно, с большим сосредоточением живой силы и огневых средств на отдельных направлениях. Что касается юга России, то там нам могут противостоять иррегулярные формирования и диверсионно-разведывательные группы, ведущие борьбу с органами федеральной власти методами партизанской войны».

Итак, нашим Вооруженным Силам предстоит решать боевые задачи:

• принципиально разного масштаба и уровня;

• на трех принципиально разных технологических уровнях военного дела;

• на трех принципиально разных основных стратегических направлениях;

• против трех основных и принципиально разных видов противников;

• против принципиально разных военных школ и стратегий;

• на принципиально разных театрах войны.

Это значит, что Вооруженные Силы Российской Федерации должны готовиться и быть способными решать все эти задачи в совокупности и победоносно.

Все приведенные выше теоретические посылы нужны нам только для того, чтобы определить главное - какие задачи и по борьбе с противником какого рода должна быть способной победоносно решать Армия России и каким в действительно должен быть ее новый облик.

Этот вопрос не праздный.

Мы можем констатировать, что все основные направления формирования нового облика ВС РФ вызывают у профессионалов много тревожных вопросов.

Главными из них являются вопросы:

• масштабов и структуры ВС РФ и их соответствия возможным задачам и боевой нагрузке;

• вопросы их стратегической мобильности;

• вопросы их способности к адаптации к разным театрам войны и видам боевых действий;

• вопросы способности политического и военного руководства эффективно управлять войной;

• вопросы подготовки офицерского корпуса вооруженных сил и качества национальной военной мысли;

• способность национальной экономики обеспечивать победу в войне технологически и материально;

• вопросы поддержки нацией возможной войны и национальной военной сферы и ее готовность к большим мобилизационным напряжениям во имя победы и так далее.
Читать далее

В области стратегии США относительно России ничего не изменилось  
19 февраля 2010 г. в 17:24

В области реальной стратегии США относительно России ничего не изменилось. Представляется показательным тот факт, что в этот «период нового мышления» ни сам Обама, и никто из политиков Запада, и даже ни одна прозападная аналитическая структура не дает внятного и ясного ответа на основные военные вопросы современности:

-почему НАТО расширяется на восток;

-почему США развертывают свои военные базы и объекты своей Национальной ПРО по периметру России;

-зачем США опять вооружает Грузию;

-зачем США прицеливаются к Украине, Крыму и Татарстану;

-зачем США милитаризирует космос и так далее.

Очевидно, что это и есть части и этапы стратегии национальной безопасности США, где все остальные, включая Россию, НАТО и Европу - лишь пешки и поля «мировой шахматной доски», на которой США - двигая свои «ценности» (как поводы) через собственную военную, экономическую и информационную силу и скупая на корню местный политический истеблишмент, стремятся достичь целей своей национальной стратегии.

Поэтому все идет своей чередой, и все это, включая игры Г-8; Г-20, и Г-2, а также «синдром Обамы» есть части, этапы и методы той самой Большой войны, которую ведут США за свое выживание. В этом плане выбор США Афганистана местом своей военно-политической активности абсолютно стратегически оправдан и удачен, как был «удачен» выбор Косово и организация на этой «территории демократии» крупнейшей в Европе военной базы США, позволяющей контролировать с нее всю Европу.

Афганский плацдарм необходим Соединенным Штатам стратегически, так как он позволяет прямо, непосредственно и по кратчайшим направлениям контролировать и влиять на Китай, Пакистан, Индию, Иран, Саудовскую Аравию, Ирак и курдов и на Россию так, как еще около десяти лет ни одна держава мира или даже их альянс не будут способны хоть как-то повлиять на абсолютное военное превосходство США над всем остальным миром. Другими словами, с этих позиций США будут иметь возможности, по собственному произволу, стравливать и или поощрять ислам, Китай и Россию, то есть всех своих основных геостратегических и цивилизационных оппонентов.

Именно для этих целей Америке нужна Россия, и мы уверены в том, что все взаимодействие с ней будет вестись в плане принуждения ее к активному и непосредственному участию в боевых действиях в Афганистане. Россия является только полем и Театром Большой войны США.


Нам представляется, что Россия как реальная геополитическая сила определяется американскими стратегами как «самосворачивающаяся сила», которая умрет сама собой, если ее не трогать, о чем прямо и не стесняясь заявлял вице-президент США Байден. При том, за время этого «нетрогания» можно будет обеспечить относительную безопасность будущего главного приза США - ресурсных богатств России ее же руками, по крайней мере до того момента, когда Америка будет знать, что ей делать с Китаем, и она будет иметь на это силы и план.

Очевидно, что ни НАТО, ни США помогать нам в защите от Китая не будут.

Читать далее

Ислам стал важным фактором в политической жизни Европы и Америки  
16 февраля 2010 г. в 17:55

Ислам как цивилизация имеет массу положительных качеств, но она основана на примате принуждения во имя веры и не формирует собственных творческих импульсов, но прекрасно осваивает чужие достижения и территории. Исламский фактор уже стал основным (и панически тревожным фактором) в политической жизни Европы и Америки, так как там объективно и быстро идет процесс выдавливания коренного населения Европы из его исторического месторазвития и замещения его пришлыми мусульманскими этносами и их культурой.

Россия является одним из великих государств, имеющих в своей этнической палитре самую большую численность мусульманского населения - около 20 миллионов человек. В настоящее время политический класс России имеет весьма смутное представление о том, что делать в условиях его бурного численного роста и нарастания, во многом инспирируемого Западом и арабским миром, агрессивности своего коренного мусульманского населения, а также как противостоять внешней экспансии радикального политического ислама.

Активная вооруженная борьба НАТО-США с исламским экстремизмом в Иране, Ираке и Афганистане находится в русле интересов России в этом регионе и дает ей шансы серьезной многосторонней стратегической игры.

Основная задача политического руководства России заключается в формировании внутренней стабильности страны, что подразумевает наличие политики:

- в отношении мусульманского населения страны в целом как части исторически коренного населения России;
- в отношении регионов с историческими мусульманскими корнями и населением;превентивной политики в отношении устойчивой тенденции размывания русского населения миграционными потоками своих и пришлых мусульман в исконно русских землях и Москве, вплоть до установления обязательных квот (в процентном отношении) на проживание в данном конкретном районе лиц разных национальностей и культур (например, по типу решения таких вопросов в Сингапуре);
- в отношении формирования пророссийски воспитанных национальных политических и религиозных элит;
- в области национального состава силовых структур;обеспечение монополии государства на насилие и способность его эффективно и вовремя осуществлять;
- в формировании необходимого информационного поля и устранения всех негативных экспансий в сфере межнациональных отношений и так далее.

Читать далее

Китай уже сегодня открыто готовит агрессию против России  
12 февраля 2010 г. в 18:03

Китай является самой древней из существующих ныне цивилизаций, которая опирается на историю и невероятную мощь его коренного этноса. Нам представляется, что существо его геополитического проекта составляет неспешная глобальная экспансия китайского шовинизма и освоение Поднебесной остального мира. В отличие от США, историческое время которых как великой империи заканчивается, Китай никуда не спешит, так как уверен, что ни Россия, ни остальной мир все равно никуда от него не денутся.

Все сегодняшние разговоры о G2 (группа США и Китай) и разделе мира между Америкой и Китаем представляются нам только играми политологов и политиков, которым просто нечего больше сказать. Сегодня объективно никто с Китаем справиться не может (кроме прямой вооруженной бесконтактной войны) и никто этим заниматься не будет, так как Китай выживет в любых условиях, а США и Западная Европа в условиях обрушения их финансовых систем и экономик - нет. Но практически все, понимая его растущую мощь и явные претензии на управление миром, его уже просто боятся, готовы «лечь под него и получать удовольствие».

Китай быстро, планомерно и мощно становится сильнее. Нам представляется, что через пять лет он уже не будет стыдиться своей «провинциальности» и станет открыто заявлять о своей новой и ведущей роли в мире. Экспансия Китая в мир будет планомерно наращиваться путем выхода в Мировой океан, усиления его прямого военного присутствия и планомерного формирования его цивилизационных (военных) плацдармов (например, из китайских диаспор и чайна-таунов) во всех важных и ресурсно необходимых для него точках мира.

Очевидно, что без закрепления на этих ресурсных территориях России Китай будет не в состоянии осуществлять свою экспансию в остальной мир. Поэтому мы считаем, что отношения России с Китаем будут необратимо ухудшаться и через десять лет могут стать нетерпимыми. Через 10-15 лет военная мощь Китая будет сопоставима с мощью США и в десятки раз будет превышать возможности вооруженных сил России.

При всем этом мы не можем не видеть очевидного: Китай уже сегодня открыто готовит агрессию против России, а России ответить нечем. Сегодня Китай рассматривает Россию в качестве своего стратегического тыла и уже почти открыто диктует ей свои условия освоения им ресурсных пространств нашей Сибири и Дальнего Востока. Правительство России преподносит это сделку – «время до агрессии в обмен на ресурсы» - как свое мудрое желание и потребность освоения этих стратегических пустот хотя бы руками китайцев.

Надо сказать прямо, что у России сегодня другого выхода нет, так как она сама сделать это неспособна. Притом, как нам представляется, что сегодня у политического руководства страны нет понимания даже основ своей стратегии относительно Китая. Поэтому уже сегодня политическое руководство России поставлено перед необходимостью формировать свои отношения с Китаем в ответном режиме, заранее отдавая ему во всем стратегическую инициативу, и это - объективная реальность.

Читать далее

Политическая жизнь в стране носит ритуальный характер  
11 февраля 2010 г. в 17:42

Мы можем констатировать, что, несмотря на определенные попытки изменить общие негативные тенденции национального существования, Россия в целом находится в состоянии глубокого национального кризиса и ее падение продолжается все двадцать лет ее новейшей «демократической» истории и не зависимо от мировых цен на нефть.

За эти двадцать лет Россия не решила ни одной задачи собственного выживания и развития. Практически все инициативы и национальные проекты правительства страны энергично начинались, но были провалены, а вместо улучшения качества национального бытия и уровня жизни населения страны следовало его ухудшение в самых главных и самых социально значимых областях, от здравоохранения, образования и науки до экономики, культуры и обороны.

Нам представляется, что основную опасность выживанию России как великой державы, великой нации и русской цивилизации представляет само качество государственной власти, а также направленность осуществляемого ею государственного и военного строительства при отсутствии национальной идеологии и Национальной стратегии безопасности и развития России.


Сегодня практически все институты государственной власти наполнены чиновниками, нравственно и профессионально неготовыми к эффективному управлению государством во имя Отечества и преследующими цели личного благополучия. Стараниями этой чиновничьей когорты нация находится в состоянии иллюзии борьбы за развитие России и практически не имеет представления о степени сложности задач своего выживания и реальном положении дел в стране, в том числе в сфере ее национальной обороны.

Политическая жизнь в стране носит ритуальный характер, народ и власть живут собственной жизнью, и их интересы не пересекаются. Правда, нельзя не сказать, что еще несколько лет назад в России почувствовалось движение к лучшему и в обществе стала просыпаться надежда на возможность преодоления негативных тенденций развития и обретение нацией новой геополитической субъектности, а нация была готова к новой консолидации вокруг своего национального лидера.

Но все кончилось «как всегда», то есть победой «жадности псов системы», которые заполнили все вертикали и горизонтали власти; уничтожением обратной связи власти с нацией; выдвижением к власти только «своих», способных обогащаться за счет бюджета через свои же, аффилированные структуры; уничтожением всех и любых проявлений политического творчества и замыканием власти исключительно на проблемах своей бессмертности.

Читать далее

Что такое «стратегическая матрица нации»  
6 февраля 2010 г. в 08:30
Важнейшим понятием общей теории войны является понятие «стратегическая матрица нации». Основой стратегической матрицы нации является сама нация, ее историческая ментальность, а также ее «жизненное пространство» как историческое месторазвитие (по Л.Гумилеву) и ареал расселения, а также пространства, контролируемые нацией.

В целом основными константами стратегической матрицы нации являются:

• качество и мощь коренного этноса (титульной нации);

• национальные ценности и мощь национальной культуры;

• образ жизни нации, принимаемой ее большинством как «достойный и правильный»;

• наличие и освоенность достигнутого исторического пространства;

• ресурсная, научная и технологическая самодостаточность;

• военная самодостаточность нации;

• дееспособное национальное управление, имеющее «идею» управления,

то есть национальную стратегию развития и безопасности.

Таким образом, стратегическая матрица нации есть все то, что и делает нацию нацией в качестве объекта и субъекта собственной культуры и истории, дает ей свою собственную, самобытную, неповторимую и однозначную идентификацию и делает ее частью культуры и истории человечества, определяет ее место и роль в мире.

С утратой, «размыванием» или катастрофическим сокращением (развалом, обвалом) «стратегической матрицы» или даже одной из ее составляющих вопрос о какой-либо национальной стратегии развития и даже о выживании самой нации можно считать снятым.

Это значит, что военно-политическая безопасность России как состояние нации, обеспечивающее ее свободное развитие, достойную жизнь ее народов, ее международный успех и историческую вечность, обнимает все стороны и сферы бытия нации, каждая из которых, в позитивном или негативном ключе, формирует свою ее часть. В этом плане понятия «военно-политическая безопасность» и «национальная безопасность» практически тождественны.

В свою очередь, согласно Общей теории войны - все и любые риски, угрозы и опасности, а также практически все и любые решения стратегического уровня, принимаемые нацией (государственной властью) в любых сферах жизнедеятельности нации, так или иначе влияющие на ее сегодняшний успех, на место и роль России в мире и ее историческую судьбу, являются военными.

Это значит, что решения и действия государственной власти, организующей национальной бытие, должны рассматриваться нами только и исключительно с позиции их объективной пользы или вреда для нации, их прямого влияния на итоги войны, из которых нас устраивает только победа в ней. Именно это и должно быть критерием эффективности государственной власти и оцениваться нацией при ее формировании.

Таким образом, оборона страны есть совокупная и перманентная деятельность нации во всех сферах ее жизнедеятельности по обеспечению своей военно-политической безопасности.
Читать далее

Сегодня в мире идет перманентная война  
29 января 2010 г. в 17:18

Считается, что "война", это когда "бомбят самолеты, стреляют танки, гремят взрывы, солдаты убивают друг друга, войска сторон, сея смерть и разрушение, двигают линию фронта" и т. д., но сегодня это все уже совсем не так. Современная война как радиация: о ней все знают, и все боятся ее; но ее никто не чувствует, она не видна и не осязаема, ее как бы практически нет; но война идет, так как люди гибнут, государства рушатся и народы исчезают.

Из истории человечества в первую очередь исчезают именно те государства и народы, которые, даже погибая, упорно не замечают или не хотят замечать ведущейся против них войны. Именно так погиб СССР. Именно такая угроза все еще нависает над Россией.

Общая теория войны исходит из того, что война - это социальный процесс, характеризующийся целенаправленной борьбой субъектов геополитики за утверждение их победившей части в новой роли и статусе (за подтверждение старых) и за возможность формирования ими новой структуры и картины мира и последующее управление им. Война – это целенаправленное организованное насилие одного субъекта социума над другим. Война – это состояние прямого или ответного целенаправленного организованного насилия над противостоящим ему социумом. Война подразумевает наличие сформированной цели и плана войны, а также реальных действий нации (социума, государства) по ее подготовке и ведению.

Собственно вооруженная борьба - только крайняя, предельно насильственная форма войны.

Цель войны - не уничтожение противника, а силовое перераспределение ролевых функций субъектов социума (например, государств) в пользу сильного, способного сформировать собственную модель послевоенного управления социумом, а также полномасштабно пользоваться стратегическими эффектами своей победы. Масштабы войны (война тотальная или ограниченная) и ее ожесточенность зависят исключительно от решительности политических целей сторон.

Война всегда заканчивается не миром, а победой одной из сторон, в то время как военный конфликт может быть урегулирован, то есть "снят", так как победа в нем необязательна.

В результате войны:

победители будут единолично управлять всем миром (регионом), то есть всеми его связями, ресурсами и выстраивать по своему произволу нужную им мировую архитектуру, закрепляя на века собственную победу созданием соответствующей системы международного права;

побежденные станут частью обеспечивающей подсистемы нового глобального управления и будут расплачиваться своими национальными интересами, ресурсами, территорией, историческим прошлым, культурой и будущим.

Состояние современной войны - это состояние перманентной, непрекращающейся, управляемой "смуты", навязываемой сильнейшими остальному миру и противной стороне.

Признаки войны - это постоянные и перманентные изменения состояния суверенитетов и потенциалов сторон, в ходе которых обнаруживается, что одна из них явно утрачивает национальный (государственный) суверенитет и теряет свой (совокупный) потенциал (сдает свои позиции), а другая - явно наращивает свой.

Точным и однозначным признаком войны является применение сторонами (одной из сторон) своих вооруженных сил. Средством (оружием) войны является все что угодно, применение чего позволяет достичь целей войны или решить исход ее эпизодов. Эпизодом войны является любое событие войны, имеющее собственный смысл, временные рамки и укладывающееся в общий замысел войны.

В идущей сегодня мировой войне сроки не определяются потому, что сама война имеет перманентный (постоянно идущий) характер. Результаты анализа показывают, что в современных условиях борьба геополитических проектов, а в них соперничество национальных (цивилизационных) ценностей и цивилизаций в целом, уже не носит комплиментарный (взаимноуважительный) характер, а имеет вид войны. Другими словами, сегодня в мире идет перманентная война, все более принимающая вид войны за выживание основных цивилизаций. К основным современным цивилизациям мира мы относим Русскую, Западную, Китайскую и Исламскую цивилизации.

Для России это война за свое собственное выживание как великой державы, великого суперэтноса и особой цивилизации, в войне против всех остальных основных цивилизаций мира, каждая из которых является для нее цивилизационным противником.

Читать далее