Ведется тихое и быстрое уничтожение суворовской военной школы  
2 ноября 2009 г. в 19:11
Служебная записка Председателя Московского суворовско-нахимовского содружества, генерал-майора Александра Владимирова «О положении с суворовскими военными училищами и кадетскими корпусами Министерства обороны Российской Федерации»

В течение 2009 года в Министерстве обороны РФ были приняты решения, последовательно свертывающие суворовскую военную школу, меняющие ее этику, предназначение и профессиональную направленность, притом что авторы этих решений не известны, все эти решения принимались кулуарно, до командования училищ они доводились непосредственно по мере выработки, начиная с апреля сего года.

В этом плане реальное положение в системе учреждения кадетского образования Минобороны характеризуется следующими решениями Минобороны и тенденциями их жизнедеятельности.

1. Запрещено участие суворовцев, нахимовцев и кадет в Параде Победы 9 мая.

В результате была нарушена 64-летняя традиция участия в военных парадах 9 мая парадных расчетов суворовцев, нахимовцев и кадет в Москве и пунктах дислокации училищ. По этой проблеме было написано письмо выдающихся кадет современной России Президенту РФ Д.А.Медведеву, ответ на это обращение вообще не поступил.

Однако на наше письмо, направленное в адрес Секретаря СБ РФ Н.П.Патрушева, Совет Безопасности получил ответ Первого заместителя Министра обороны А.Калмыкова, в котором написано, что «в целях сохранения жизни и здоровья, обеспечения непрерывного учебного процесса…» и так далее суворовцы и кадеты Минобороны никогда более не будут принимать участие в военных парадах, посвященных Победе в Великой Отечественной войне.
Читать далее

Армия нуждается в контроле гражданского общества над своими руководителями  
20 октября 2009 г. в 15:01

(Тезисы доклада на международном семинаре «Армия и общество»

К сожалению, мы обязаны констатировать, что вся наша собственно военная сфера находится в состоянии глубокого кризиса, практически не связанного с мировой экономической депрессией.

Это объясняется общим кризисным состоянием мировой военной мысли, т. к. сегодня очевидно, что, во-первых, военная сила утратила статус «последнего аргумента»; во-вторых, оказалось невозможным достижение победы в войне, достигаемой только вооруженным путем; в-третьих, стала очевидной утрата теоретических ориентиров военной силы в связи с исчерпанием возможностей моделей войны в ее классических парадигмах.

Все это совпадает с плачевным состоянием нашего национального военного дела. Мы можем подтвердить практическую смерть национальной военной мысли, резкое сужение поля исследований и снижение качества профессиональных экспертных оценок в области национальной и военной стратегий. Сегодня мы вынуждены констатировать, что в России практически не осталось профессионалов, способных сформулировать и разработать проблему стратегического уровня, а в государстве нет структуры, способной и желающей эту проблему услышать и заказать ее проработку не собственным подручным экспертам, а специалистам, имеющим необходимый уровень компетенции и свое собственное мнение. Все это привело к формированию иллюзорных схем Вооруженных сил, расползанию числа, уровня и качества их задач, а значит, к общей аморфности целей военных реформ, например, в России и Западной Европе.

Сегодня мы присутствуем при практическом закате военно-промышленного комплекса России, уже не способного создавать современные корабли, образцы высокоточного оружия и средства автоматизации, разведки и связи. К сожалению, такое положение значительно отягчается негативным кадровым отбором в армии и государстве. Одним из самых ужасных последствий упадка государства может стать утрата им монополии на организованное насилие в интересах выживания нации.


Исторически государство образовывалось там и тогда, когда перед нацией вставала необходимость вести войну, поскольку только организационная мощь государства была способна организовать сам процесс ее подготовки, мобилизации всех ресурсов нации для победы, а также осуществлять непрерывный процесс контроля военного бытия нации и управления войной. Сегодня государство испытывает угрозу не столько от таких же национальных государств, как оно само, сколько от других корпораций разных организационных структур и идеологий, разных масштабов, объемов собственности, подконтрольных территорий, суверенитетов, богатств и влияний.

Важнейшим фактором современности является рост числа, масштабов, вооруженности и профессионализма вооруженных формирований именно этих субъектов человеческого общества. Сегодня, по оценке ведущих военных экспертов, численность этих вооруженных формирований и финансовые затраты на их содержание уже в разы превосходят аналогичные совокупные показатели официальных вооруженных сил всех государств мира. Сегодня уже существует реальная опасность формирования (превращения) новых субъектов социума в субъекты геополитики и создания планетарной системы «свободных агентов войны», имеющих право и предлагающих себя в качестве независимой и готовой вооруженной силы, способной решать военные задачи на коммерческой или идеологической основе.


В печати и дискуссиях военных экспертов усиленно разрабатываются прогнозы развития собственно военного аспекта нарождающегося «мирового гражданского общества» и публикуются сценарии их взаимоотношений и боевых столкновений между собой и государствами. Надо сказать, что все эти прогнозы неизбежно кончаются полным крахом цивилизации. Нам представляется очевидным, что именно так все может и сложиться, и именно этого допускать категорически нельзя. Сегодня просто невозможно представить себе тот вооруженный хаос, который может воцариться на планете при утрате национальными государствами своего легитимного права на организованное насилие в интересах выживания своих наций.


Мы считаем одной из важных задач современной военной и политической мысли найти варианты разумного и бесконфликтного сосуществования государственных вооруженных сил и других корпоративных вооруженных формирований (сил безопасности), при однозначной монополии государства на насилие, в т. ч. и относительно этих вооруженных формирований. В этом плане мы не будем рассматривать в этой работе бескрайнюю тему функций и задач армии, мы только позволим себе крайне важную констатацию.

Армия необходима государству только для того, чтобы обеспечить внешний и внутренний суверенитет государства, обеспечить безопасность нации как единственное условие и залог ее позитивного развития, обеспечить монополию государства на насилие.


Именно в этом плане мы в тезисной форме коснемся тенденции наращивания вооруженной силы одновременно с ростом потенциала нестабильности. Особо остановимся на военной реформе, проводимой сейчас руководством государства и армии. Необходимо сказать, что эта реформа является единственной полномасштабной военной реформой со времен Александра II и его военного министра А.Милютина (1864-1874). Современная военная реформа, связанная с именем министра обороны РФ Анатолия Сердюкова, набрала большие обороты и уже не подлежит прекращению.


В настоящее время заканчивается первый этап этой реформы, который связан с практическим сломом военной машины СССР. Реально же произошло следующее:


– произошел полный слом советской военной машины;

– ликвидирована мобилизационная система подготовки и ведения войны;

– ликвидирована советская военная мысль;

– ликвидирована система профессиональной кадровой политики;

– продана основная часть объектов инфраструктуры и земель Минобороны;

– ликвидирован военно-промышленный комплекс как единая система генерации и реализации военно-технических идей во всех областях науки и техники, обеспечивающая опережающее создание необходимого армии оружия и боевой техники всех номенклатур, в превосходном качестве и в необходимых количествах, утрачены технологии и возможности выполнения серийных заказов;

– ликвидирована советская система госзаказа, тылового и технического обеспечения;

– ликвидирована государственная идеология воинской службы;

– ликвидирована историческая российская военная полковая система строительства армии вместе с историческими боевыми традициями уничтоженных полков (теперь вместо них созданы безымянные бригады);

– ликвидирована советская система военного управления;

– произошло физическое сокращение численности армии, офицерского корпуса и высшего командного состава;

– свернута система профессионального военного образования и подготовка младшего командного состава армии;

– практически уничтожается национальная суворовская военная школа как школа подготовки офицерского корпуса России с детства.

Первый этап реформы, этап «расчистки поля» для нее, можно считать успешно выполненным. Сегодня вопрос заключается в том, что будет на втором этапе реформы, этапе реального строительства и отладки нового облика Вооруженных сил России. Вопрос не праздный, т. к. неясными являются ответы на вопросы, что останется от военной мощи России к этому времени, кто это все будет строить, и будет ли этот этап вообще.

Надо сказать, что анализ всего происходящего в сфере национальной обороны страны говорит о том, что руководство страны армии не знает, ее боится и не верит в ее лояльность, а реформа армии отдана в руки самого Министерства обороны, которое делает (в буквальном смысле слова), что хочет, и отчитываться за последствия своей деятельности не собирается. К тому же профессионализм высшего военного руководства находится на таком низком уровне, что становится самостоятельной проблемой национальной безопасности страны.


Все это усугубляется явной общей деградацией власти, снижением ее государственной дееспособности и авторитета в обществе, утратой гражданского контроля над властью и силовой сферой государства, утратой политической элитой России профессиональных навыков и технологий управления государством и армией, а также отсутствием национальной школы подготовки национальных элит.


Все это приводит к снижению очевидной важности внешней функции национальной обороны и армии, к усилению МВД и контроля над обществом специальных служб, к переходу на западные стандарты армии и службы, к полному разрушению экономической, идеологической, нравственной и профессиональной мотивации воинской службы.


Общий вывод тревожен: несмотря на поддержку проводимой военной реформы всеми органами высшей государственной власти и даже институтами нашего гражданского общества, Россия все более теряет способность осуществлять свою вооруженную защиту даже в пределах своей национальной территории. Военной мощи СССР уже нет, а адекватной военной мощи новой России не создано, нет даже ее основ. Реальное положение таково, что с каждым годом защищать Родину с оружием в руках становится все более некому, нечем и незачем.

Ситуация усугубляется тем, что все неоднократные и активные попытки экспертного общества России предложить свою помощь и склонить руководство государства и Минобороны к конструктивному диалогу по поводу проводимой военной реформы всегда заканчиваются одинаково, т. е. молчанием, обидами, а также и поисками врагов.


Надо сказать честно, что в этом варианте наше дело безнадежно. Сейчас самое распространенное суждение, объясняющее все недостатки современной армии, - это тезис, что армия является частью общества и его слепком. Это - порочная мысль, которой пытаются объяснить беды самой армии и трудности ее существования и реформирования. Правда - в том, что армия есть особая структура и один из основных институтов и признаков государства.


Армия - это государственная корпорация, состоящая из граждан страны, и в этом качестве - членов российского общества, но призванная и предназначенная обеспечивать внешнюю и внутреннюю безопасность России путем осуществления организованного и масштабного насилия, в т. ч. и над своим обществом (его частью). Только армия вырабатывает свой особый продукт - «безопасность», без которого невозможно никакое позитивное национальной развитие России, и за который общество обязано платить.


Анализ взаимоотношений армии и общества последних десятилетий говорит о том, что в условиях общей национальной деградации и государственной недееспособности в этой области преобладают несколько тенденций.


1. Деградация и люмпенизация армии приводит к ее небоеспособности и сращиванию ее фрагментов с криминальной составляющей общества.

2. Все силовые структуры занимаются собственным выживанием, притом, что все они между собой не толерантны.

3. Дискредитирующую себя власть не поддерживает никто.

4. Опыт всех «цветных» революций говорит о том, что именно силовые структуры первыми сдают власть, которой присягали.


В настоящее время настроения российского общества относительно армии практически перешли от ее огульного осуждения к всеобщему сожалению по ее поводу. Сегодня все более активно формируется тревога граждан России за состояние и боеспособность армии как гаранта ее безопасности и суверенитета, поскольку общая деградация национальной военной сферы очевидна.


В свою очередь, армия, сегодня абсолютно беззащитная перед властью собственных и государственных чиновников, сейчас особенно остро нуждается в контроле гражданского общества над своими руководителями, контроле за ходом военной реформы и правами военнослужащих как граждан России. Надо сказать, что практически все глупости и преступления власти последнего времени относительно армии предотвращались благодаря активности институтов гражданского общества, членов семей военнослужащих и населения военных гарнизонов (например, гарнизона подмосковной Кубинки). Очевидно, что при утрате государственной дееспособности власти спасение России практически целиком находится в руках ее гражданского общества. А это значит, что необходимы:

– социальная ответственность институтов и членов российского общества;

– обращение и внедрение в бытие нации национальной культуры, исторических традиций и нравственных начал бытия;

– наличие сформулированных требований общества к государству и армии;

– осознание обществом и национальным истеблишментом войны как части бытия нации;
– поддержание способности нации к мобилизационным напряжениям и готовности нации к войне;

– осознание обществом и властью, что их главное дело – это выживание нации и государства, и понимание того, как это осуществлять.

Таким образом, несмотря на все негативные моменты состояния современного государства и все негативные тенденции развития человеческого социума, выявляются категорические императивы его позитивного развития и позитивного развития России:


Первый – не отмирание, а развитие национальной современной государственности и усиление его регулирующей роли.


Второй – необходимость активного гражданского общества и общественного мнения, опирающихся на компетентные оценки независимого экспертного сообщества, общества, способного иметь свою позицию и способного отстаивать ее в борьбе с властью;


Третий – необходимость создания мощной национальной военной силы как гаранта безопасного развития нации.


Четвертый – необходимость новой теории войны и построенной на ее основах и национальных исторических ценностях Национальной стратегии России.


Пятый – как предлагают ветераны-суворовцы, необходимо формирование системы подготовки национальных элит России с детства на базе суворовских военных училищ и кадетских корпусов страны.


Позволю себе перейти к формулированию ответов на вопрос «Что делать?» Скажу сразу, что решить все вопросы и дать все ответы в рамках одной статьи не предоставляется возможным. Тем не менее, некоторые важные вещи уже можно и необходимо сформулировать.

Во-первых. Необходимо осознать, что Россия находится в состоянии войны за свое цивилизационное выживание, за место и роль в современном и будущем мире, в котором мы не имеем и не можем иметь союзников. Поэтому необходимо начать учиться новому пониманию мировых реалий и оценивать их с точки зрения теории войны, которая даже еще не разработана.


Во-вторых. Надо точно понимать, что такое «союзник», что такое «стратегия», что такое «война», что такое «национальная безопасность» и каковы ее показатели и критерии, и в соответствии с этим новым знанием строить свою национальную и союзную стратегию, которых еще нет; разрабатывать новые документы доктринального характера и новое правовое поле действий.


В-третьих. России необходимо прекратить практику политического шараханья от «открытых дверей» до «управляемого национализма» и начать думать, как бороться с новыми негативными тенденциями развития мира, хорошо понимая, что нас окружают враги, которым от нас нужны только наша территория и ресурсы.


В-четвертых. Необходимо:

– переоценить и создать новую и современную национальную стратегию и текущую политику, в т. ч. политику в сфере национальной безопасности;

– выходить с инициативами формирования новой системы региональной безопасности в Европе и на вопросы необходимости формирования новой геополитической этики в отношениях держав;

– разрабатывать совместные механизмы борьбы с новыми операционными средствами войны – геополитическими технологиями, которые уже и успешно применяются нашими геополитическими противниками;

– искать способы парирования угроз размывания нашей славянской и исторической национальной идентичности;

– не давать чуждым идеологиям и их носителям создавать на наших землях цивилизационные плацдармы, и т. д.

В-пятых. Надо прекратить думать, что ничего плохого не случится, и все обойдется талантами и стараниями наших национальных лидеров. Представляется, что их талантов и труда будет недостаточно, т. к. необходимо в корне менять не только устоявшиеся взгляды и подходы к проблемам безопасности, но переориентировать и заново формировать саму систему национальной безопасности России и подготовку национальных управленческих кадров. Если ничего не начать делать уже сейчас, то ничего не обойдется, и нам придется отвечать перед грядущими поколениями за свою близорукость, корысть, невежество и нерешительность.


В-шестых. Надо создать государственный (межгосударственный) Центр стратегического анализа, который бы имел возможности и компетенцию анализировать стратегическую обстановку, создавать проекты независимых стратегических документов национального (союзного) масштаба, делать стратегические обобщения и давать стратегические оценки по новым критериям и показателям, давать профессиональные ответы на сложные вопросы национального и военного строительства, мог бы заставить заработать нашу стратегическую мысль. Этот Центр может быть подчинен непосредственно президенту России, или иметь самостоятельный статус, чтобы иметь возможность говорить ему правду, или войти в качестве самостоятельной структуры в состав Совета безопасности.


В-седьмых. Необходимо сделать Совет безопасности Российской Федерации самостоятельной структурой (сегодня он есть только управление в администрации президента), способной и предназначенной для выработки стратегических решений, разработки важнейших стратегических документов, имеющей право и средства осуществлять широкие исследования в любой сфере национальной безопасности России и имеющей право строго спрашивать с любых высших чиновников государства за качество и последствия принимаемых ими решений.


В-восьмых. Необходимо перейти к новой кадровой политике при формировании институтов и структур государственной службы и законодательно отделить ее от официального прикрепления к экономическим структурам «для контроля и кормления». Не позволять государственным служащим заниматься бизнесом, а бизнесменам - занимать должности государственных служащих.


В-девятых. Надо прекратить думать, что все можно получить на халяву и кто-то что-то даст, напишет (откуда-то спишет) или научит, или, например, что все можно получить, только заказав необходимые исследования каким-то государственным институтам. В России эта практика не принесла никаких результатов, и мы только потеряли время, т. к. оказалось, что наша официальная национальная стратегическая мысль мертва. Нам представляется, что никто ничего не даст, т. к. за все нужно платить, и эту работу могут выполнить только считанное число специалистов, которых еще надо в буквальном смысле поштучно найти и заинтересовать этим проектом. Мы считаем, что этим делом необходимо заниматься на самом высоком государственном уровне, с большими полномочиями и тратить на это большие деньги, т. к. нет ничего более полезного и выгодного, чем хорошая теория и подготовленные кадры. Например, США тратят на эти цели порядка $2 млрд в год.


Позволю себе еще раз констатировать, что позитивное решение проблем безопасности России в рамках существующих подходов к ним невозможно. Необходимо этот факт осознать и принять быстрые и исчерпывающие меры к исправлению существующего положения вещей и реального улучшения нашей безопасности, от которой прямо зависит будущее наших народов.


В качестве постскриптума должен отметить, что всему, что было сказано выше, можно и необходимо учить наше общество, нашу национальную элиту и наших государственных руководителей.

Знание – не всегда Сила. Знание нужно государственно создавать, государственно сберегать и государственно внедрять, и только тогда оно станет Силой, способной, при нравственном и профессиональном управлении страной, привести Россию к новому витку позитивного развития, величию и исторической вечности, что и является главной целью ее национальной стратегии.

Читать далее

О новой геополитической этике в отношениях держав и наций  
3 сентября 2009 г. в 18:46

В теперь уже далеком 1917 году выдающийся русский публицист, философ и основатель социологии Питирим Сорокин писал: «…Основной целью будущего мира должно быть создание таких внутри- и межгосударственных отношений, которые всего прочнее гарантировали бы мир на будущее время и делали бы наименее возможной войну… Путь один: спасение - только в федерации государств, в создании сверхгосударства сначала в Европе, а потом и единого мирового государства…

«Утопия!» - скажут на это почтенные скептики. «Вполне осуществимая!» - ответим мы на это: было бы желание… Международное общение, с каждым днем делающееся все более и более интенсивным, дает достаточно благоприятные условия для реализации этой цели. В качестве ближайших конкретных шагов в этом направлении являются:

1) установление норм международного права, абсолютно запрещающих решение конфликтов войной и делающих обязательным для государств обращение к международному суду;

2) создание этого суда или, шире, надгосударственного органа, с определенной компетенцией дел, ему отведенных;

3) организация силы за решениями этого суда, силы способной принудительно подчинять непокорные государства приговорам этого суда».

Конечно, с тех пор многое изменилось в мире, но тем не менее проблемы международной безопасности и тревоги за судьбу нашего мира сейчас не менее остры, чем в начале уже прошлого века. Более того, сегодня они обрели еще более определенные негативные и тревожные очертания.

Читать далее