Современная война - как радиация: о ней все знают, но ее никто не чувствует

11 апреля 2010 г. в 08:30

Самой главной ошибкой в понятийном аппарате разработчиков новой военной доктрины РФ, на наш взгляд, является ошибочное сведение понятия «войны» до частного случая «военных конфликтов». В то же время общая теория войны рассматривает войну как социальный процесс, характеризующийся целенаправленной борьбой субъектов геополитики за их утверждение в новой роли и статусе (или за подтверждение старых) и за возможность формирования ими новой картины мира, последующего управления ею и единоличного использования стратегических эффектов победы в войне. Цель войны – не уничтожение противника, а силовое перераспределение ролевых функций государств. Собственно вооруженная борьба – только крайняя и открыто насильственная форма войны. Война всегда заканчивается не миром, а победой одной из сторон, в то время как военный конфликт может быть урегулирован, то есть «снят», так как победа в нем необязательна».

Современная война как радиация: о ней все знают, и все боятся ее; но ее никто не чувствует, она не видна и не осязаема, ее как бы практически нет; но война идет, так как люди гибнут, государства рушатся и народы исчезают.

Из истории человечества известно, что в первую очередь исчезают именно те государства и народы, которые, даже погибая, упорно не замечают или не хотят замечать ведущейся против них войны. Именно так погиб СССР, именно такая угроза все еще нависает над Россией, и именно нежелание наших национальных элит видеть очевидное и делает Россию практически беззащитной перед совершающейся против ее существования агрессией наших геополитических соперников. Но именно в этом суть тех самых современных «сетецентричных войн», которые успешно ведут против всего мира и России наши западные геополитические оппоненты.

Другими словами, и в этом новом документе наш Генеральный штаб в очередной раз побоялся дать трактовку самому базовому понятию «война», которое в нашей политической и военной практике до сих пор толкуется исключительно как вооруженная борьба. Это приводит к тому, что военная доктрина приобретает вид ведомственного документа, что не только обедняет ее значение и смысл, но и не дает стране возможности разумно решать стратегические проблемы военно-политической и национальной безопасности, вопросы выживания и развития державы.

Именно ведомственная зашоренность Генерального штаба, а также старые подходы к предназначению, форме, содержанию и структуре военной доктрины не позволили сделать ее современным и актуальным, концептуальным, стратегическим и дееспособным документом прямого исполнения, что самым негативным образом сказалось на качестве всей системы национальной обороны страны и «тяготах» нашей государственной военной реформы.